Толстой Аэлита «Гиперболоид инженера Гарина»




Скачать 2.08 Mb.
Название Толстой Аэлита «Гиперболоид инженера Гарина»
страница 14/17
Дата публикации 12.06.2015
Размер 2.08 Mb.
Тип Документы
edushk.ru > Астрономия > Документы
1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   17

^ ПОВОРОТ СОБЫТИЙ
Войска повстанцев заняли все важнейшие пункты города, указанные Гором. Ночь была прохладная. Марсиане мёрзли на постах. Гусев распорядился зажечь костры. Это показалось неслыханным: – вот уже тысячу лет в городе не зажигалось огня, – о пляшущем пламени пелось лишь в древней песне.

Перед Домом Совета Гусев сам зажёг первый костёр из обломков мебели. «Улла, улла», – тихими голосами завыли марсиане, окружив огонь. И вот, костры запылали на всех площадях. Красноватый свет оживил колеблющимися тенями покатые стены домов, мерцал в окнах.

За окнами появились голубоватые лица, – тревожно, в тоске, всматривались они в невиданные огни, в мрачные, оборванные фигуры повстанцев. Многие из домов опустели этой ночью.

Было тихо в городе. Только потрескивали костры, звенело оружие, – словно возвратились на пути свои тысячелетия, снова начался томительный их полет. Даже мохнатые звёзды над улицами, над кострами казались иными, – невольно сидящий у огня поднимал голову и всматривался в забытый, словно оживший их рисунок.

Гусев облетал на крылатом седле расположения войск. Он падал из звёздной темноты на площадь и ходил по ней, бросая гигантскую тень. Он казался истинным сыном неба, истуканом, сошедшим с каменного цоколя. «Магацитл, Магацитл», – в суеверном ужасе шептали марсиане. Многие впервые видели его и подползали, чтобы коснуться. Иные плакали детскими голосами:

– «Теперь мы не умрём… Мы станем счастливы… Сын неба принёс нам жизнь».

Худые тела, прикрытые пыльной, однообразной для всех, одеждой, морщинистые, востроносенькие, дряблые лица, печальные глаза, веками приученные к мельканию колёс, к сумраку шахт, тощие руки, неумелые в движениях радости и смелости, – руки, лица, глаза с искрами костров – тянулись к сыну неба.

– Не робей, не робей, ребята. Гляди веселей, – говорил им Гусев, – нет такого закону, чтобы страдать безвинно до скончания века, – не робей. Одолеем – заживём не плохо.

Поздно ночью Гусев вернулся в Дом Совета, – продрог и был голоден. В сводчатом зальце, под низкими золотыми арками, спали на полу, посапывая, десятка два марсиан, увешанные оружием. Зеркальный пол был заплёван жёваной хаврой. Посреди зальца на патронных жестянках сидел Гор и писал при свете электрического фонарика. На столе валялись открытые банки консервов, фляжки, корки хлеба.

Гусев присел на угол стола и стал есть – жадно, вытер руку о штаны, хлебнул из фляжки, крякнул, – сказал простуженным басом:

– Положение скверное.

Гор поднял на него покрасневшие глаза, оглядел окровавленную тряпку, обмотанную вокруг головы Гусева, его крепко жующее, скуластое лицо, – усы торчком, раздутые ноздри.

– Не могу добиться, – куда, к дьяволу, девались правительственные войска, – сказал Гусев, – валяется на площади ихних сотни три, а войск было не меньше пятнадцати тысяч. Провалились. Попрятаться не могли, – не иголка. Если бы прорвались, – я бы знал. Скверное положение. Каждую минуту неприятель может в тылу очутиться.

– Тускуб, правительство, остатки войск и часть населения ушли в лабиринты царицы Магр под город, – сказал Гор.

Гусев соскочил со стола:

– Почему же вы молчите?

– Преследовать Тускуба бесполезно. Сядьте и ешьте, сын неба. – Гор, морщась, достал из под одежды красноватую, как перец, пачку сухой хавры, засунул её за щеку, и медленно жевал. Глаза его покрылись влагой, потемнели, морщины разошлись. – Несколько тысячелетий тому назад мы не строили больших домов, мы не могли их отапливать, – электричество было нам неизвестно. В зимние стужи население уходило под поверхность марса, на большую глубину. Огромные залы, приспособленные из прорытых водою пещер, колоннады, тоннели, коридоры – согревались внутренним жаром планеты. В жерлах вулканов жар был настолько велик, что мы воспользовались им для добывания пара. До сих пор на некоторых островах ещё работают неуклюжие, паровые машины тех времён. Тоннели, соединяющие подпочвенные города, тянутся почти подо всей планетой. Искать Тускуба в этом лабиринте бессмысленно. Он один знает планы и тайники Лабиринта царицы Магр, – «Повелительницы двух Миров», владевшей некогда всем марсом. Из под Соацеры сеть тоннелей ведёт к пятистам живым городам и к более тысячи мёртвым, вымершим. Там, повсюду, склады оружия, гавани воздушных кораблей. Наши силы разбросаны, мы плохо вооружены. У Тускуба – армия, на его стороне – владельцы сельских поместий, плантаторы хавры, и все те, кто тридцать лет тому назад, после опустошительной войны, стали собственниками городских домов. Тускуб умён и вероломен. Он нарочно вызвал все эти события, – чтобы навсегда раздавить остатки сопротивления… Ах, золотой век!.. Золотой век!..

Гор замотал одурманенной головой. На щеках его выступили лиловые пятна. Хавра сильно начинала действовать на него.

– Тускуб мечтает о золотом веке: – открыть последнюю эпоху Марса – золотой век. Избранные войдут в него, только достойные блаженства. Равенство недостижимо, равенства нет. Всеобщее счастье – бред сумасшедших, пьяных хаврой. Тускуб сказал: – жажда равенства и всеобщая справедливость – разрушают высшие достижения цивилизации. – На губах у Гора показалась красноватая пена. – Итти назад, к неравенству, к совершенной несправедливости! Пусть на нас кинутся, как ихи, – минувшие века. Заковать рабов, приковать к машинам, к станкам, в шахтах… Пусть – полнота скорби. И у блаженных – полнота счастья… Вот – золотой век. Скрежет зубов и мрак. И высшее наслаждение, упоение. Будь прокляты отец мой и мать! Родиться на свет! Будь прокляты!

Гусев глядел на него, шибко жевал папироску:

– Ну, я вам скажу, – вы дожили здесь…

Гор долго молчал, согнувшись на патронных жестянках, как древний, древний старик.

– Да, сын неба. Мы, населяющие древнюю Туму, не разрешили загадки. Сегодня я видел вас в бою. В вас огнём пляшет веселье. Вы мечтательны, страстны и беспечны. Вам, сынам земли, когда нибудь разгадать загадку. Но мы – стары. В нас пепел. Мы упустили свой час.

Гусев подтянул кушак:

– Ну, хорошо. Завтра предполагаете что делать?

– На утро нужно отыскать по зеркальному телефону Тускуба и войти с ним в переговоры о взаимных уступках…

– Вы, товарищ, целый час чепуху несёте, – перебил Гусев, – вот вам диспозиция на завтра: вы объявите всему Марсу, что власть перешла к нам. Требуйте безусловного подчинения. А я подберу молодцов и со всем флотом двину прямо на полюсы, захвачу электромагнитные станции. Немедленно начну телеграфировать земле, в Москву, чтобы слали нам подкрепление как можно скорее. В полгода они аппараты построят, а лететь всего…

Гусев пошатнулся и тяжело сел на стол. Весь дом дрожал. Из темноты сводов посыпались лепные украшения. Спавшие на полу марсиане вскочили, озираясь. Новая, ещё более сильная, дрожь потрясла дом. Зазвенели разбитые стёкла. Распахнулись двери. Низкий, усиливающийся раскатами, грохот наполнил зал. Раздались крики на площади, выстрелы.

Марсиане, кинувшиеся к дверям, – попятились, раздались. Вошёл сын неба, Лось. Трудно было узнать его лицо: – огромные глаза ввалились, – были темны, странный свет шёл из его глаз. Марсиане пятились от него, садились на корточки. Белые волосы его стояли дыбом.

– Город окружён, – сказал Лось громко и твёрдо, – небо полно огнями кораблей. Тускуб взрывает рабочие кварталы.
КОНТРАТАКА
Лось и Гор выходили в эту минуту на лестницу дома, под колоннаду: раздался второй взрыв. Синеватым веером взлетело пламя в северной стороне города. Отчётливо стали видны вздымающиеся клубы дыма и пепла. Вслед грохоту – пронёсся вихрь. Багровое зарево ползло на полнеба.

Теперь ни одного крика не раздалось на звездообразной площади, полной войск. Марсиане молча глядели на зарево. Рассыпались в прах их жилища, их семьи. Улетали надежды клубами чёрного дыма.

Гусев, после короткого совещания с Лосем и Гором, распорядился приготовить воздушный флот к бою. Все корабли были в арсенале. Лишь пять этих огромных стрекоз лежало на площади. Гусев послал их в разведку. Корабли взвились, – блеснули огнём их крылья.

Из арсенала ответили, что приказание получено и посадка войск на корабли началась. Прошло неопределённо много времени. Дымное зарево разгоралось. Было зловеще и тихо в городе. Гусев поминутно посылал марсиан к зеркальному телефону торопить посадку. Сам он огромной тенью мотался по площади, хрипло кричал, строя беспорядочные скопления войск в колонны. Подходя к лестнице, ощеривался, – усы вставали дыбом:

– Да скажите вы им в арсенале, – следовало непонятное Гору выражение, – скорее, скорее…

Гор ушёл к телефону. Наконец, была получена телефонограмма, что посадка окончена, корабли снимаются. Действительно, невысоко над городом, в густом зареве, появились парящие стрекозы. – Гусев, расставив ноги, задрав голову, с удовольствием глядел на эти журавлиные линии. В это время раздался третий, наиболее сильный, взрыв.

Мечи синеватого пламени пронизали путь кораблям, – они взлетели, закружились и исчезли. На месте их поднялись снопы праха, клубы дыма.

Между колонн появился Гор. Голова его ушла в плечи. Лицо дрожало, рот растянулся. Когда утих грохот взрыва, Гор сказал:

– Взорван арсенал. Флот погиб.

Гусев сухо крякнул, – стал грызть усы. Лось стоял, прижавшись затылком к колонне, глядел на зарево. Гор поднялся на цыпочках к его остекляневшим глазам:

– Нехорошо будет тем, кто останется сегодня в живых. Но мы, мы – виноваты? Сын неба, – мы виноваты?

Лось не ответил. Гусев упрямо мотнул головой и сбежал на площадь. Раздалась его команда. И вот, колонна за колонной пошли марсиане в глубину улиц, на баррикады. Крылатая тень Гусева пролетела в седле над площадью, крича сверху:

– Живей, живей поворачивайся, черти дохлые!

Площадь опустела. Огромный сектор пожарища освещал теперь приближающиеся с противоположной стороны линии стрекоз: они взлетали волна за волной из за горизонта и плыли над городом. Это были корабли Тускуба.

Гор сказал:

– Бегите, сын неба, вы ещё можете спастись.

Лось только пожал плечом. Корабли приближались, снижались. Навстречу им из темноты улиц взвился огненный шар, – второй, третий. Это стреляли круглыми молниями машины повстанцев. Вереницы крылатых галер описывали круг над площадью и, разделяясь, плыли над улицами, над крышами. Непереставаемые вспышки выстрелов озаряли их борта. Одна галера перевернулась и, падая, застряла изломанными крыльями между крыш. Иные садились на углах площади, высаживали солдат в серебристых куртках. Солдаты бежали в улицы. Началась стрельба из окон, из за углов. Летели камни. Кораблей налетало всё больше, непереставая скользили багровые тени по площади.

Лось увидел, – невдалеке, на уступчатой террасе дома, поднялась плечистая фигура Гусева. Пять шесть кораблей сейчас же повернули в его сторону. Он поднял над головой огромный камень и швырнул его в ближайшую из галер. Сейчас же сверкающие крылья закрыли его со всех сторон.

Тогда Лось побежал туда через площадь, – почти летел, как во сне. Над ним, сердито ревя винтами, треща, озаряясь вспышками, закружились корабли. Он стиснул зубы, глаза пронзительно, зорко отмечали каждую мелочь.

Несколькими прыжками Лось миновал площадь, и снова увидал на террасе углового дома – Гусева. Он был облеплен лезущими на него со всех сторон марсианами, – ворочался, как медведь, под этой живой кучей, расшвыривал её, молотил кулаками. Оторвал одного от горла, швырнул в воздух, и пошёл по террасе, волоча их всех за собой. И упал.

Лось закричал громким голосом. Цепляясь за выступы домов, поднялся на террасу. Снова из кучи визжащих тел появилась выпученная, с разбитым ртом, голова Гусева. Несколько солдат вцепились в Лося. С омерзением он отшвырнул их, кинулся к ворочающейся куче и стал раскидывать солдат, – они летели через балюстраду, как щенки. Терраса опустела. Гусев силился подняться, – голова его моталась. Лось взял его на руки, – он был не тяжелее годовалого ребёнка, – вскочил в раскрытую дверь, – и положил Гусева на ковёр в низенькой комнате, освещённой заревом.

Гусев хрипел. Лось вернулся к двери. Мимо террасы проплывали корабли, проплывали высматривающие востроносые лица. Надо было ожидать нападения.

– Мстислав Сергеевич, – позвал Гусев; он теперь сидел, трогая голову, и плюнул кровью, – всех наших побили… Мстислав Сергеевич, что же это такое?.. Как налетели, налетели, начали косить… Кто убитый, кто попрятался. Один я остался… Ах, жалость!..

Он поднялся, дуром ткнулся по комнате, шатаясь остановился перед бронзовой статуей, видимо, какого то знаменитого марсианина. – Ну, погоди! – схватил статую и кинулся к двери.

– Алексей Иванович, зачем?

– Не могу. Пусти.

Он появился на террасе. Из за крыльев проплывавшего мимо корабля блеснули выстрелы. Затем, раздался удар, треск. – Ага! – закричал Гусев. Лось втащил его в комнату, захлопнул дверь.

– Алексей Иванович, поймите – мы разбиты, всё кончено. Нужно спасать Аэлиту.

– Да что вы ко мне с бабой вашей лезете!..

Он быстро присел, схватился за лицо, засопел, топнул ногой, и точно доску внутри его стали разрывать:

– Ну и пусть кожу с меня дерут. Неправильно всё на свете. Неправильная эта планета, будь она проклята! «Спаси, говорят, спаси нас»… Цепляются… «Нам говорят, хоть бы как нибудь да пожить. Пожить!..» Что же я могу… Вот – кровь свою пролил. Задавили. Мстислав Сергеевич, ну ведь сукин же я сын, – не могу я этого видеть… Зубами мучителей разорву…

Он опять засопел и пошёл к двери. Лось взял его за плечи, встряхнул, твёрдо взглянул в глаза:

– То, что произошло – кошмар и бред. Идём. Может быть, мы пробьёмся. Домой, на землю.

Гусев мазнул кровь и грязь по лицу:

– Идём!

Они вышли из комнаты на кольцеобразную площадку, висящую над широким колодцем. Винтовая лесенка спиралью уходила вниз по внутреннему его краю. Тусклый свет зарева проникал сквозь стеклянную крышу в эту головокружительную глубину.

Лось и Гусев стали спускаться по узкой лесенке, – там внизу было тихо. Но наверху всё сильнее трещали выстрелы, скрипели, задевая о крышу, днища кораблей. Видимо, началась атака на последнее прибежище сынов неба.

Лось и Гусев бежали по бесконечным спиралям. Свет тускнел. И вот они различили внизу маленькую фигурку. Она едва ползла навстречу. Остановилась, слабо крикнула:

– Они сейчас ворвутся. Спешите. Внизу – ход в лабиринт.

Это был Гор, раненый в голову. Облизывая губы, он сказал:

– Идите большими тоннелями. Следите за знаками на стенах. Прощайте. Если вернётесь на землю – расскажите о нас. Быть может, вы на земле будете счастливы. А нам – ледяные пустыни, смерть, тоска… Ах, мы упустили час… Нужно было свирепо и властно, властно и милосердно любить жизнь…

Внизу послышался шум. Гусев побежал вниз. Лось хотел было увлечь за собой Гора, но марсианин стиснул зубы, вцепился в перила:

– Идите. Я хочу умереть.

Лось догнал Гусева. Они миновали последнюю кольцеобразную площадку. От неё лесенка круто опускалась на дно колодца. Здесь они увидели большую, каменную плиту с ввёрнутым кольцом, – с трудом приподняли её: – из тёмного отверстия подул сухой ветер.

Гусев соскользнул вниз первым. Лось, задвигая за собой плиту, увидел, как на кольцеобразной площадке появились едва различаемые в красном сумраке фигуры солдат. Они побежали вверх по винтовой лестнице. Гор протянул им руки, и упал под ударами.
1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   17

Похожие:

Толстой Аэлита «Гиперболоид инженера Гарина» icon Алексей Николаевич Толстой Гиперболоид инженера Гарина
«Аэлита. Гиперболоид инженера Гарина»: Гос уч пед из во Министерства просвещения бсср; Минск; 1959
Толстой Аэлита «Гиперболоид инженера Гарина» icon Охрана труда и окружающей среды. Обеспечение условий труда инженера...
Основным средством, благодаря которому инженер выполняет эту работу, является пэвм. Существует ряд негативных факторов, которые при...
Толстой Аэлита «Гиперболоид инженера Гарина» icon Л. Н. Толстой.”Исповедь”. “В чём моя вера”
Смысл бытия. Люди называют его Богом. Он – основа и первопричина всего. Кажется, это и разуму не противоречит «И стоило мне на мгновение...
Толстой Аэлита «Гиперболоид инженера Гарина» icon Лев толстой полное собрание сочинений издание осуществляется под...
Издание: Л. Н. Толстой, Полное собрание сочинений в 90 томах, академическое юбилейное издание, том 52, Государственное Издательство...
Толстой Аэлита «Гиперболоид инженера Гарина» icon Должностная инструкция инженера по обслуживанию аппаратуры мбоу пмс-центра
Настоящая должностная инструкция разработана и утверждена на основании трудового договора
Толстой Аэлита «Гиперболоид инженера Гарина» icon Отзывы в Интернете о фильмах: (сохранены синтаксис и пунктуация
Фильм Аэлита снят по книге, но на неё не похож. Это совершенно отдельное произведение искусства, с потрясающими декорациями и костюмами....
Толстой Аэлита «Гиперболоид инженера Гарина» icon Роман Льва Толстого «Война и мир» лежит в основании величественного...
«Война и мир» лежит в основании величественного здания русской классической литературы. С непревзойденным мастерством Толстой воссоздал...
Толстой Аэлита «Гиперболоид инженера Гарина» icon Урок русской литературы в 10 классе Тема урока: По страницам великой...
Тема урока: По страницам великой жизни. Л. Н. Толстой – человек, мыслитель, писатель (1828-1910)
Толстой Аэлита «Гиперболоид инженера Гарина» icon Урока чтения, проведенного в 4 классе на тему: Басни русских баснописцев....
Басни русских баснописцев. И. А. Крылов «Стрекоза и муравей», И. И. Хемницер «Стрекоза»,Л. Н. Толстой «Стрекоза и муравьи»
Толстой Аэлита «Гиперболоид инженера Гарина» icon Урок литературы по теме: «Лев Николаевич Толстой. Рассказ \"После бала\"»
Урок литературы по теме: «Лев Николаевич Толстой. Рассказ "После бала"». 8 класс.(открытый урок )
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
edushk.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов